Афинский акрополь. Начало начал

Каждый раз, оказываясь в той или иной стране, я стремлюсь посетить её столицу. Хотя бы для того, чтобы удостовериться, насколько разительно отличается жизнь ее жителей от провинциальных реалий. До этого года Греция как-то выпадала из этого ряда. В солнечной Элладе я оказался не впервые, но вот Афины оставались до поры до времени для меня обложкой учебника истории древнего мира для 5-го класса (да, я уже не юн, и прекрасно его помню). Поэтому, когда представилась возможность проделать ночное путешествие из приморского поселка близ Салоник до греческой столицы (а это более 500 километров), я, разумеется, не стал отказываться.

Хотя я, как любознательный турист, заранее проштудировал кое-какую литературу, на месте решил действовать по наитию. Принцип прост — гуляю, ловлю впечатления, фотографирую своими неловкими руками окружающий мир, а общая картина построится сама собой. «Да ты чурбан, коли Афин не видел, осел, коли увидев, не пришел в восторг, и ты верблюд, коли покинул их, не жалуясь», – кажется, так говорили греки в V веке до нашей эры, во времена расцвета демократии, и настал момент проверить лично, так ли это.

Первым пунктом, разумеется, стал Акрополь. Если уж видеть и восторгаться, то следует начать с того, что ассоциируется с Древней Грецией у любого доучившегося в школе до 5-го класса. А повод для жалоб можно найти и потом.

Полезно запомнить, что подниматься на Акрополь (холм сравнительно невысокий, а с 1990-х ещё и обладает благоустроенными дорожками до самых Пропилей — единственного входа в святилище), тем не менее, лучше ранним утром. Во-первых, афинская жара способна испепелять все живое даже в сентябре, не говоря уж про июнь-июль, а во-вторых, больше шансов, что вы будете осматривать Парфенон и прочее в сравнительном одиночестве (сотня людей вокруг это все же не несколько тысяч). Запаситесь водой — это обязательно.

Вход на Акрополь единственный – Пропилеи, возведенные по проекту архитектора Мнесикла в 437-432 годах до нашей эры. Циклопических размеров сооружение с дорическими колоннами и сейчас производит впечатление, чего уж говорить о тогдашних жителях и гостях Афин. Проходя через них, стоит повернуть голову направо. В стене дыра, заделанная какими-то обломками. Это следы варварских бомбардировок – Акрополь не раз подвергался обстрелам, и немалая часть сооружений святилища безвозвратно утеряна. Здесь дыру проделало ядро, по всей видимости, вылетевшее из венецианской пушки в 1687 году. Хотя, не исключаю, это свидетельство освободительной войны против турок-османов 1821-1827 годов.

Справа от Пропилей глаз сразу цепляется за очень легкий, изящный храм Ники Аптерос, что в переводе с греческого Бескрылая. По легенде, крыльев афиняне лишили ее специально, чтобы богиня Победы никогда не покинула город.

Войдя на территорию святилища, в глаза немедленно бросается гигантское количество всевозможных обломков. Большая часть из них – это останки Пинакотеки, первой в Европе картинной галереи. Во времена, когда по Западной Европе еще бродили немногочисленные племена одетых в шкуры дикарей, население Афин предпочитало наслаждаться живописными полотнами, вернее досками с картинами. Кстати, ряд историков полагает, что изобразительное искусство в Древней Греции превалировало над скульптурой.

Считается, что главным сокровищем Акрополя является Парфенон, геометрически совершенное произведение архитектурного гения Калликрата и Иктина. Храм, расположенный на четырехступенчатой террасе, являлся эпицентром притяжения для населения всего греческого мира. По своей сути, он был призван играть роль дома для богини Афины, покровительницы города. Слово Парфенон происходит от греческого «парфенос», что означает «Дева». Стало быть, и храм прославлял одну из трех знаменитых богинь-девственниц древнегреческой мифологии. Статуя воинственной Афины в позолоченных доспехах (ее автором, по всей видимости, был легендарный Фидий) стояла в центре святилища. В правой руке десятиметровая богиня держала уже упомянутую Нику, выполненную из слоновой кости. Для поддержания особого микроклимата в храме был предусмотрен бассейн.

Впрочем, все это великолепие давно растворилось во мраке времен. В своей истории Парфенон успел побывать и христианским храмом, и мечетью, и пороховым складом. Это самым негативным образом сказалось на его судьбе. В 1687 году снаряд венецианцев практически разнес святилище. То, что мы видим сейчас – плоды длительной, кропотливой и точечной реставрации, которая продолжается и по сей день. Возможно, именно из-за лесов, окружающих фасад, Парфенон и не производит того завораживающего впечатления, на которое я изначально рассчитывал.

Впрочем, очень хороши сохранившиеся скульптурные детали метопы и фронтона – изображения богов и людей. Белый мрамор, из которого выполнены рельефные фигуры, наверняка очень эффектно выглядели на некогда раскрашенном фоне. Однако сейчас красок нет, мрамор приобрел благородный желтоватый оттенок (бросаются в глаза светлые современные вставки – реставрация, повторюсь, идет перманентно), да и сами фигуры давно заменены копиями. Сегодняшний афинский воздух оказался для них практически смертелен. Сами же скульптуры переехали в музеи.

Главный из них, кстати, Новый музей Акрополя, находится у подножия холма, неподалеку от одного из древнейших театров мира, известного как театр Диониса. Собрание найденных на территории святилища артефактов переехало сюда в 2009 году. Его «приютило» ультрасовременное здание стоимостью 130 миллионов евро. А все желающие могут посетить его по тому же билету, что и сам Акрополь, всего за 20 еврорублей, что считаю, весьма гуманно.

Совсем рядом с Парфеноном располагается другой храм – Эрехтейон. Сразу бросается в глаза его, казалось бы, вопиющая ассиметричность, которая при этом смотрится удивительно гармонично. А объясняется это просто – здание построено на разных уровнях и вдобавок посвящено сразу нескольким богам древнегреческого пантеона – Афине, Посейдону и легендарному царю Эрехтею (отсюда и название). Здесь же, по легенде, находилась и могила первого правителя Афин – получеловека-полузмея Кекропа, что заставляет вспомнить о бесконечно далеких временах хтонических божеств.

Наибольшее впечатление производит в Эрехтейоне портик кариатид – шесть мраморных девушек, поддерживающих антаблемент. До сих пор точно неизвестно, какую функцию выполняла эта постройка – проход в храм из нее отсутствует. На долю кариатид тоже выпало немало испытаний. Турки-османы стесали им лица, а одну из них под предлогом сохранения греческого искусства украл и вывез в Британию печально известный лорд Элджин. Говорят, остальные после этого плакали по ночам. Но это, конечно, не более чем красивая легенда. Да и остальные кариатиды давно покинули Акрополь. Ныне они живут в музее. А тысячи туристов смотрят на их точные копии. Современный город вытесняет божественное с тысячелетиями обжитых холмов. Правда, большинство посетителей об этом не догадываются – ну и пусть.

С Акрополя открываются замечательные виды на греческую столицу, хотя холм Ликавитос (Ликабет) еще выше. Городские кварталы предстают как на ладони до самого горизонта, вернее до Саронического залива Эгейского моря, сливающегося с пронзительно-голубым небом. Гуляя по Акрополю, можно рассмотреть и уже упомянутый театр Диониса, и храм бога-кузнеца Гефеста (наиболее сохранившееся сооружение Древних Афин), и первый в Европе суд – Ареопаг, и симпатичную новодельную церковь Марии, и Национальную обсерваторию с ее темным куполом, и другие городские холмы – Филопаппу с памятником меценату и Ликавитос.

Но едва ли не больше всего приковывает взгляды, и это естественно, грандиозный театр Герода Аттика, построенный римским консулом в 161 году. Театр известен также как Одеон. В древности сооружение на 5 тысяч зрителей служило для концертов и выступлений декламаторов, а сейчас здесь каждое лето проводят знаменитый Афинский фестиваль. При этом Одеон сохранился относительно неплохо, внедрение современности здесь незначительно.

Не знаю, каждого ли путешественника очаруют Парфенон и Эрехтейон, Одеон и храм Ники. У каждого свои представления о прекрасном. Но это своеобразная реперная точка, поскольку Акрополь – древнее сердце не только Афин и Греции, но и всей европейской культуры. Начало начал.

Богдан Будник
Искренне уверен, что любовь к Балканам сложно выразить словами и фотографиями, но он попробует.